Адахам Мадумаров на самом деле не Адахам, а Адахан. Паспортистка неправильно записала, так и пошло. И не хам, а дерзкий, хотя, наверное, власть предержащие думают про себя: "хамишь, молодой человек", когда им приходится выслушивать от Адахана нелицеприятные вещи. Зато людям нравится. "Наш будущий президент", - скандирует народ. Адахан не то чтобы дерзкий, он просто прямолинейный, гордый и принципиальный. А эти качества в наших депутатских рядах - дефицит. А потому другие депутаты, не такие молодые, высокие и честные завидуют Адахану. Пусть завидуют. Потому что хотя бы это чувство заставляет их подтягиваться и иногда говорить, а не только сопеть и поддакивать. "Мне стыдно за тех чиновников, которые не могут признать свою вину", - говорил Мадумаров с трибуны после аксыйской трагедии, а я подумала: мне тоже часто бывает очень стыдно за наше государство, за наших чиновников, но мне было бы невыносимо стыдно жить в этой стране, если бы у нашего народа не было таких депутатов как Адахан Мадумаров.
- Адахан, в воздухе запахло сменой власти. Пока только пахнет, но насколько это реально, по-вашему?
- Если вспомнить крылатую фразу "по Европе бродит призрак коммунизма", то, я с вами абсолютно согласен, можно сказать, что по Кыргызстану бродит призрак новой власти. Будет ли это преемник, или народный президент, но призрак бродит. 17 апреля на Народном курултае я сказал, что с аксыйской трагедии открывается новая страница в истории Кыргызстана. Трагические события разбудили народ. И главное, что бы там ни говорили, как бы ни обвиняли оппозицию, никто народ не организовывает, он сам организовывается. Тысячи людей стоят под проливным дождем.
- Говорят, министр внутренних дел приходил, просил депутатов помочь успокоить народ?
- Да, просил помочь нормализовать обстановку в стране. Они поняли, что уже не могут выставлять свои мускулы перед народом. И очень существенный момент, это то, что сами сотрудники органов внутренних дел уже говорят: было бы хорошо, если бы еще больше народа шло, мы против народа не пойдем, мы с вами стоим, считайте, что мы тоже пикетируем, только без плакатов и лозунгов. Они поняли, что власть все равно сдаст их. Рыба гниет с головы, а чистят с хвоста.
- Как называется новая организация, которую вы возглавляете?
- Народное движение Кыргызстана, КЭК (Кыргызстандын Эл Кыймылы). Это не партия, это движение, в которое входят и партии, и правозащитные организации, НПО, народ.
Народное движение ставит вопросы об отставке президента, наказании виновных в аксыйской трагедии, отмене повышения тарифов на электроэнергию и отмене китайско-кыргызского соглашения об Узенги-Кууше. Все эти вопросы объединяют сегодня народ, и даже белодомовские чиновники, некоторые губернаторы, руководители многих районных администраций поддерживают эти требования.
- И отставку Акаева поддерживают?
- Отставку Акаева в кулуарах полностью поддерживают, а то, чтобы никому не отдавать кыргызские земли, они в открытую даже иногда поддерживают.
- То, что Вас избрали главой Народного движения, нужно ли понимать как то, что на Вас сделана ставка как на кандидата в президенты от объединенной оппозиции?
- Давайте не будем делить шкуру не убитого медведя… Но, конечно, мы должны добиться, чтобы президент ушел. Чем раньше он уйдет, тем лучше будет для Кыргызстана. В любом случае сегодня трезвомыслящие политики и политические партии должны объединиться исключительно в интересах народа, нам уже пора положить свои амбиции в свои собственные карманы. Если мы сегодня не сможем объединиться, то и оппозиции конец, и официальной власти конец.
- Как вы думаете, способен ли президент уйти в досрочную отставку или сделать что-либо кардинальное, чтобы снять напряжение в обществе?
- Сейчас в Белом доме страшный раскол. Очень высокопоставленные чиновники говорят: нам стыдно появляться перед народом, Акаев уже не может что-то сделать.
- Как Вы оцениваете поведение премьер-министра?
- Бакиев должен был быть более твердым, более мужественным, не надо было ему уходить в отпуск в такое сложное время. Он должен был взять на себя ответственность, хотя бы в отсутствие президента. Если бы у Бакиева хватило мужества говорить все как есть и заявить публично, что он больше не может так работать, то, по крайней мере, как политик он сохранил бы свое лицо, а вот это его молчаливое согласие, разного рода движения непонятные - народ все это видит и понимает.
- Но мы же все знаем, как мало власти у Бакиева.
- Да, сегодня руководитель администрации президента является более сильной фигурой, чем премьер-министр. Любые действия в государстве согласовываются с ним. Это знают и губернаторы, и министры. Премьер - номинальная фигура.
- Но согласно Конституции в случае досрочной отставки президента власть перейдет к нему, а оппозиция заговорила о коалиционном правительстве?
- Да, власть переходит временно премьеру, но Конституция и законы позволяют формировать коалиционное правительство, правительство народного доверия. Если бы у президента хватило мужества, и он бы дал этому или другому премьеру полномочия сформировать такое правительство, но только так, чтобы действительно ни он, ни его семья не вмешивались.
- Заниматься политикой легче все-таки, чем непосредственно управлять государством. Оппозиция готова ли принять власть, и способна ли она возродить страну?
- Я больше чем уверен. Огромный потенциал заключается в том, что у народа появится надежда. А сильнее чем вера, надежда, у нас оружия нет. Пусть трижды правильные шаги делаются, экономические реформы, но если им не верит народ, эта власть обречена на провал.
- Сегодня самая модная тема - третьи силы. Действительно ли они влияют на то, что происходит?
- Разговоры о третьей силе придумал Белый дом. Я думаю, никакой третьей силы нет, которая бы влияла на события. Третьи силы - это те, кто сегодня, поддакивая президенту, заигрывают с оппозицией. Они заинтересованы скинуть скорее президента, и найти общий язык с оппозицией. Потом оппозиция останется у разбитого корыта, а они захватят власть. Испокон веков так было, революцию делали фанаты, а плодами пользовались совсем другие люди. Мне Акаева очень жаль, сегодня он не доверяет ни одному приближенному человеку. Сегодня любой готов его сдать ради сохранения собственной шкуры.
- Как получилось, что народ вдруг пробудился от спячки и не останавливается?
- Это как снежный ком. Кто-то недоволен землей, которую ему выделили, кто-то безработицей, кто-то тем, что все богатство перед его глазами один человек захватил. Превратилось в снежный ком в течение десяти лет. Терпение рано или поздно должно было лопнуть. Нельзя было испытывать, ведь сколько раз мы обращались к президенту: не испытывайте терпение народа! Подорожание тарифов на электроэнергию и передача земли Китаю - это основополагающие моменты, которые объединяют весь народ Кыргызстана. Народ оказался просто без средств к существованию, ему терять нечего.
- Вы начали процедуру импичмента?
- Да, сейчас идет сбор подписей, мы устанавливаем единую форму по всей республике. Есть международные стандарты. Мы, оппозиция, не должны допускать ошибок. После того, как соберем все подписи, пригласим международных экспертов, и пускай проверяют.
- А разве только подписей достаточно для импичмента, надо же доказать преступление со стороны президента?
- Доказательств у нас достаточно, причем это юридически грамотные документы.
По закону, по Конституции, кто у нас является главнокомандующим - президент. Кто имеет право отдавать приказ о передислокации войск, вооруженных формирований - исключительно президент. Без его приказа министр внутренних дел Акматалиев имел право фрахтовать самолет и отправлять туда сотни и сотни сотрудников внутренних дел - не имел права.
- То есть, аксыйские события будут главным козырем импичмента. А измена родине будет?
- Статья 3 Конституции гласит, что ныне существующая территория Кыргызстана неприкосновенна и неделима. Когда Китай признавал суверенитет Кыргызской Республики, они в своей декларации писали: мы признаем и уважаем Кыргызстан как суверенное государство в ныне существующей территории. Это было 1998 кв. км. Если мы отдаем 90 тыс. га, равных по территории Сокулукскому району, она становится на 90 тысяч гектаров меньше, значит - граница меняется. А граница меняется не менее чем в двух чтениях, квалифицированным большинством. И это игнорируется. Кроме того, нарушается закон о международных договорах. Кем подписывается международный договор, тем и вносится на утверждение Жогорку Кенеша. Договор подписан президентом, а вносится на утверждение Бакиевым. Даже этот элементарный процедурный вопрос и то нарушен.
И еще очень существенный момент: мы три года требуем, дайте нам материалы, протоколы переговоров, что китайцы предлагают, что мы им противопоставляем, - они не дают. Почему они до сих пор скрывают карту, как без карты мы можем устанавливать границы? Карта - это составная часть международного договора. "Адвокаты" президента говорят: это не изменение границы, а установление. Хорошо, но как, не видя ничего, их устанавливать? Как без карты мы можем установить границы? Они пугают народ Кыргызстана, дескать, Китай - "спящий дракон", завтра проснется, если не отдадим то, что они требуют, то они заберут до Иссык-Куля…
Сейчас права маленьких государств намного больше, чем права мировых держав, у нас есть мировое сообщество, которое не допустит этого. Завтра скажут: южный сосед Узбекистан сильнее, послезавтра - северный, Казахстан. Тогда давайте суверенитет объявим в пределах железного забора Белого дома.
- Америка высказывается как-то по поводу этого?
- Заявление министра иностранных дел Иманалиева о том, что только Китай сможет выдержать натиск США - это, мягко говоря, не совсем удачный дипломатический ход, противопоставлять две державы. Посол О`Киф уже сказал: я потрясен, я возмущен. Завтра, послезавтра Иманалиев будет с официальным визитом в Вашингтоне, и посол сказал, что его правительство будет требовать официальных объяснений.
- Есть шансы, что Конституционный суд поддержит ваше ходатайство о незаконности данного кыргызско-китайского договора?
- Конституционный суд у нас, как и другие суды, примет то решение, которое захочет Белый дом, поэтому Бекназаров сейчас готовит материалы в Международный суд.
- Но для того, чтобы прошел импичмент, тоже ведь надо решение Конституционного суда?
- Да. Но здесь превалирует скорее не юридический, а психологический фактор. Если суд не подтвердит импичмент, а мы соберем миллион с лишним подписей за его отставку, если будет подтверждено, что народ не поддерживает политику Акаева, пусть правит с таким грузом…
Бермет Букашева
Res Publica
20 May 2002
