Одной из первых громких акций президента Туркмении Гурбангулы Бердымухамедова стало решение об освобождении 11 осужденных по т.н. «делу 25 ноября». Речь идет о покушении на президента Ниязова, которое политические оппоненты Туркменбаши называли провокационной инсценировкой.
Освободив первую партию «узников совести», Бердымухамедов пообещал, что подобные амнистии впредь будут объявляться несколько раз в год. Наверное, до тех пор, пока он не выпустит на свободу все 60 человек, осужденных при Ниязове по этому делу на долгие сроки заключения.
Впрочем, это отнюдь не означает, что президент Туркмении спешит расправиться с «культом личности» своего предшественника (заменив его на свой собственный). Так, совсем недавно он публично продемонстрировал свое крайнее неудовольствие, когда министр просвещения распорядился размещать на лицевой стороне вузовских учебников новое лицо туркменской власти взамен прежнего. «Это же история. Как же вы тогда хотите передать потомкам историю?» — возмутился Бердымухамедов. А когда первый секретарь политсовета Демпартии Туркмении Онжук Мусаев назвал президента «великим», Бердымухамедов проявил не присущую туркменским лидерам скромность, заявив, что он еще не достоин этого эпитета, поскольку ему предстоит еще многое сделать, чтобы его заслужить.
Впрочем, не исключено, что новый президент лишь выдерживает приличествующую паузу после смерти своего предшественника. В условиях, когда времени для того, чтобы заработать собственный политический капитал и освоиться в новом качестве, у Бердымухамедова пока еще явно не достаточно, он вынужден выстраивать свою легитимность как наследник Туркменбаши. Причем это обстоятельство очень важно и с точки зрения российских интересов в регионе.
Россия имела целый ряд энергетических соглашений, заключенных во время правления Ниязова. Исходя из упомянутой логики Бердымухамедов стремится выглядеть не как революционер, а, напротив, как продолжатель внешнеполитического курса Ниязова. В этой связи он уже сделал несколько знаковых заявлений. Например, о том, что Туркмения увеличит продажу природного газа России путем реконструкции существующего и строительства нового газопровода.
В то же время новый президент Туркмении не спешит окончательно расставлять внешнеполитические приоритеты и предпочитает говорить о многополярном векторе внешнеэкономической ориентации. Выступая сегодня на торжестве по случаю своего 50-летнего юбилея, Бердымухамедов подчеркнул: «Не политизируя тему энергетических маршрутов, Туркменистан остается верен многовариантности путей вывода природного газа на мировой рынок».
Внутреннюю и внешнюю политику нового туркменского лидера в эксклюзивном интервью KM.RU прокомментировал заместитель директора Института стран СНГ Владимир Жарихин:
Владимир Жарихин
— Не думаю, что Гурбангулы Бердымухамедов собирается вводить в Туркмении демократию. Вряд ли общество поддержит это его начинание: условий для существования демократии западного типа здесь не существует. Хотя четкая грань между тоталитаризмом, авторитаризмом и демократией есть только в идеологических клише. На самом деле демократия имеет много разных ликов. Бывает даже «иракская демократия» (по крайней мере, с точки зрения Буша). Но и авторитаризм тоже бывает разный. Конечно, то, что строил Ниязов, было его очень жесткой разновидностью, местами переходящей в авторитаризм. Не говоря о том, что во всем этом был большой элемент самодурства. В конце концов, и авторитарный, и тоталитарный стили руководства предполагают определенный рационализм в действиях верховной власти, чего у Туркменбаши зачастую не просматривалось. Он запрещал все подряд — цирк, балет, заставлял всю страну зубрить «Рухнаму», отменил пенсии, распустил Академию наук и т. д. В отличие от него, Бердымухамедов пытается построить рациональный авторитаризм. И в этой системе наличие политзаключенных, по надуманным обвинениям осужденных во времена его предшественника, не является рациональным обстоятельством. Я бы сказал, что он пытается вести себя как Хрущев после Сталина.
Однако мы же сегодня прекрасно понимаем, что Хрущев в конце 1950-х не строил в СССР демократию. Просто он осуществлял рационализацию режима, избавляя его от излишних перекосов. Хочется верить, что жить туркменскому народу теперь будет легче, чем прежде. Я бы не сказал, что новый туркменский лидер занимается демократизацией фасада власти, для того чтобы понравится Западу. Просто он хочет заручиться поддержкой туркменской интеллигенции, а не только силовиков. Ему это тем более необходимо, если учитывать, как он прилично сейчас прессингует последних. Недавно, например, стало известно о том, что он посадил бывшего руководителя охраны президента Ниязова Акмурада Реджепова. Кстати говоря, многие эксперты называли Бердымухамедова ставленником Реджепова. И сейчас президенту приходится расширять базу поддержки среди других слоев населения.
