В Туркмении начались большие перемены. Президент страны Гурбангулы Бердымухаммедов объявил о переходе страны на рыночные отношения. Ситуацию комментирует обозреватель «Маяка» Дмитрий Шушарин.
ШУШАРИН: Перемены были ожидаемы. Их просто не могло не быть. Политический режим покойного Ниязова, именовавшего себя отцом туркмен – Туркменбаши – был классическим режимом единовластия. То есть таким, который может пережить своего создателя только в одном случае – если наследуется членом его семьи. А такое бывает не так уж часто и далеко не всегда удачно. Исключение составляет разве что Северная Корея. Даже в Азербайджане и Сирии, где у власти сыновья покойный президентов, все по-другому. Но и политический строй там совсем иной, не тот, что в Туркменистане.
Перемены ожидались еще и потому, что были политически подготовлены. Люди, приведшие преемника Ниязова к власти, уже в тюрьме. А это не кто-нибудь, это руководство службы безопасности покойного Туркменбаши. Как тут не вспомнить ход десталинизации в Советском Союзе, начавшейся с устранения Берии.
И вот теперь в Туркменни будут рыночные отношения. С точки зрения внутренней политики, заявление президента Бердымухаммедова означает отказ от бесплатных поставок газа населению. А с точки зрения политики внешней - поиск новых партнеров по транспортировке газа в Европу и Китай и привлечение западных инвестиций в туркменскую экономику.
Но не только это. Новый туркменский лидер намеревается создать институт стратегического планирования, высшую школу государственного управления и внедрить международные стандарты финансовой отчетности. А это означает, что в Туркмении будет создаваться новая национальная элита. Это очень серьезные намерения, которые в перспективе могут изменить облик этой страны и ее роль в международной политике. Запасов туркменского газа хватит для того, чтобы профинансировать самые смелые реформы.
|
