стр.138
ПРЕСЛЕДОВАНИЕ ЛЮДЕЙ ВОСТОКА
В 1918 г. Совнарком Ташкента получило распоряжения из Москвы о ликвидации ”Мусульманского правительства” в Коканде. Красная Армия и солдаты Ташкентского гарнизона царской России были развернуты для этой задачи. Город пал после упорного сопротивления. Последовали грабеж и бандитизм. Из 200.000 жителей Коканда выжила только четвертая часть.
В северных регионах Казахстана в одном только 1919 году погибло 1,114,000 Казахов. Иван Тоболин, лидер Туркестанской коммунистической партии сказал на Восьмом Съезде партии, что «с точки зрения Марксистов Казахи экономически слабы, и в любом случае, должны вымереть» (63). «Правда» была вынуждена признать, что «в 1917, 1918 и 1919 гг. Казахов жгли заживо чтобы захватить их землю», и «на них охотились. Они были обречены на вымирание». (64) В плодородных Казахских областях Семиречья, за первые два года революции, владения Русских увеличились от 35 процентов до 70. Другой лидер народных комиссаров Туркестана, K. Сорокин, писал:
«Все что можно захватывается у Мусульман, и не просто захватывается. Их также убивают. Вместо обеспечения защиты наши солдаты грабят и убивают... население терроризировано и бежит... Но возможно кто-то возразит и будет говорить, что это не партия, а Красная Армия прибегает к насилию. Но ведь партия руководит ... паритйные товарищи не предпринимают никаких шагов, чтобы улучшить ситуацию ... пьянство и произвол процветают, и партия, конечно, является виновной за все это. Мусульманский пролетариат ищет помощи у Русских, но те отвечают, что они не доверяют им. Мусульмане преследуются и их даже расстреливают .. Мусульманская беднота должна страдать из-за наши войск которые без разбора уничтожают их собственность, убивая их жен и детей ... и это поэтому весьма объяснимо почему они не так дружественны к нам, когда они являются свидетелем такого количества злоупотреблений. Мы сами превращаем их в националистов.» (66)
Голос Сорокина был Русским голосом меньшинства в Большевистской организации. Иван Тоболин и «Правда», напротив, высказывали Марксистскую позицию о неизбежном исчезновении национальных меньшинств и национальностей. Исчезновение наций и их слияние было ясно заявлено в «Коммунистическом Манифесте» как шаг к прогрессу. Ленин впоследствии неоднократно подчеркивал, что ассимиляция наций неизбежна. «Только реакционные Еврейские обыватели могут вопить против ассимиляции, желая повернуть обратно колесо истории» (67). В другом месте Ленин подчеркивал, что «ассимиляция наций была главным катализатором по преобразованию капиталистического государства в социалистическое» (68). Энгельс, как помнится, предсказывал исчезновение Чехов как нации, а Каутский предвидел подобную же судьбу для Басков и Бретонцев. В пределах Российской империи Каутский выделял среди других Калмыков и Осетинов. Америка для Ленина воплощала идеал ассимиляции всех наций и была расценена как модель, которой нужно было следовать:
«Исторически прогрессивный характер ”ассимиляции” Великорусских и Украинских рабочих будет столь же бесспорным как и прогрессивный характер перемалывания наций в Америке.» (69)
«Перемалывание наций», «слияние всех наций в высоком единстве» социалистического рая превратился в теоретическое оправдание Марксистов для истребления «Других». Кроме того, социальные махинации могли ускорить этот процесс. Теория ассимиляции предусмотрела слияние национальностей в единую национальность. Она также проектировала пролетариат в качестве доминирующей силы и авангарда. Аргумент в пользу этой механической теории был основан на идее, что пролетариат был лишен ощущения национальности и географических или культурных границ - всех этих признаков обществ, принадлежащих к более низкому уровню развития. Пролетариат считался интернациональным. Само собой разумеется, эта линия была также произвольна и менялась в зависимости от сиюминутных потребностей. Например, исключения всегда делались для Российского пролетариата, названного авангардом, и Великорусского - несущего факел революции. Кроме того, в Советском опыте, Русский пролетариат проектировался как авангард, в который будет происходить эта ассимиляция. На практике ни одна из этих «теорий» не имела никаких последствий, поскольку единственной целью была консолидация власти любой ценой.
Хотя репрессии проводились против всего населения страны существовали различия между преследованиями Русских и нерусских. Русские, являвшиеся доминирующей силой, не преследовались за защиту особого характера своей местной идентичности. Также, правительство продолжало царскую политику подавления Других. Все попытки подъема национальных чувств подавлялись путем суровых наказаний, включая истребление. Преследование нерусских имело различные формы: насильственное подчинение и бессмысленная резня невиновных; реквизиция рогатого скота и зерна (на Украине, Северном Кавказе, Татарских и Башкирских регионах, Казахстане); систематическое уничтожение национальных лидеров, и политических и неполитических, Марксистов и немарксистов - короче говоря, всех тех, кто высказывал национальные стремления их народов; эксцессы в время кампании коллективизации; использование ”дешевого” и ”принудительного” труда. И наконец были депортации. Это не был один индивидуум или отдельная группа, а полная лингвистическая или региональная группа. Кроме того, центр систематически создавал разногласия между нерусскими нациями. Параллельно всему этому шла в течение более чем шестьдесяти лет политика властей чтобы радикально изменить региональную демографию в стране при помощи принудительных переселений.
Все колонизированные народы, которые страдали от рук Белой Армии, первоначально приветствовали Большевистскую Революцию и потребовали независимости, которая лелеялась в программе новых правителей. Радость скоро уступила место восстаниям и освободительным движениям по всей стране после Большевистской ре-аннексии и последующего террора, который был развязан в регионах. Горький упоминает среди прочих злодеяний продажу пленных Кавказских женщин Красногвардейцами. (70) Каждый акт сопротивления нерусскими встречал такую же судьбу. Вся борьба за свободу была жестоко подавлена. Восстания были в Грузии, Средней Азии, Северном Кавказе - везде. И они происходили периодически до 1940-х годов и даже позже. В регионах Северного Кавказа, Дагестана и Чечено-Ингушетии восстания вспыхивали каждый год против властей.
«Восстания в сельской местности в горах Чечни происходили каждую весну как будто бы тщательно запланированные. Партизанская война была постоянным явлением.» ( 71)
Можно отметить для скептиков Центрального Азиатского национализма, что контингенты Красной Армии официально были выведены из региона только во второй половине 1930-ых годов, хотя официальные советские публикации до недавнего времени заявляли, что движение басмачей (Центрально- Азиатские борцы за свободу) было побеждено к 1924 г. Освободительные движения в этих регионах упорно продолжало сохраняться, так же как и во многих других частях страны. Но теперь они все были помечены Москвой как «мятежи» - результат работы или буржуазии или кулаков или Меньшевиков и иностранных государств. В крошечной области Осетия, с населением 200,000 человек, только в 1920 году было убито 10,000 человек. Между 1920 и 1930 гг. Было истреблено еще 15,000 человек. (72).
Беспредел центра привел к народному восстанию в Грузии в 1924 г., которая потребовала полной независимости. До 5,000 людей были убиты или ранены, и тысячи были арестованы и убиты. Репрессии в Грузии имели место систематически в 1921, 1924, 1929-32, 1936-38, 1948, 1951-52 гг. Авторханов утверждает, что за тридцать лет правления Сталина ни один год не прошел без репрессий в Исламских регионах, которые включали Башкирию, Среднюю Азию, степи, Дагестан и Северный Кавказ. Согласно расчетам Авторханова шесть миллионов человек умерли в этих регионах между 1923 и 1959 гг. Непосильное налогообложение крестьян по всей стране в первом десятилетии революции привел к антисоветским восстаниям во всех частях страны, включая Сибирь. (Подробное описание деталей ужасов принудительной коллективизации в 1928 г. недавно было опубликовано в документах Коммунистической партии. (75))
Недавние данные по Казахстану используются для выяснения причин восстаний и репрессий.
Казахстан пережил искусственно вызванный голод в 1920-23 гг., который унес не меньше миллиона жизней. Точные данные о числе убитых Красной Армией должны быть скоро выпущены. Многие из коренного населения были выселены из их областей постоянного места жительства и были вынуждены искать убежища во внутренних районах. Их земля была захвачена. Истребление и принудительное изгнание шли рядом со спросом правительства на дешевый труд. В одном только Казахстане тысячи жителей были призваны для принудительного труда на новых участках строительства в шахтах Караганды, на Турксибе и Балхаше, где более чем 40,000 человек погибло. Это было то, как виделось рождение Центрально-Азиатского пролетариата. Между 1927-28 гг., весь рогатый скот, зерно и другая собственность были захвачены у Казахов на основании коллективизации, и каждую осень они шли в города без средств пропитания. Последовало большее количество смертей. В 1930-31 гг. движимые явным отчаянием от еще одного искусственно вызванного голода Казахи еще раз восстали. Реакция властей была беспощадна. В результате, между 1929-33 гг., еще одна треть Казахского населения погибла. (76). За одном десятилетие Казахское население уменьшилось с 6 миллионов до 3 миллионов. (77)
«Степи были освобождены для будущих завоевателей целинных земель, для заключенных ... для репрессированных народов: Корейцев, Немцев, Греков, Чеченцев и Ингушей, Крымских Татар... .» (78)
Только к началу 1960-ых годов число Казахов достигает уровня 1926 года. (79). Судя по всему этому нам становится понятным почему центральное правительство отозвало свои войска из этого региона только в конце 1930-ых годов, и также почему именно в этот период республики Казахстан и Киргизия были основаны. В течение двадцати лет население сопротивлялось непрерывной несправедливости, жестокости и ужасным атакам этого геноцида. Уничтожение народов шло параллельно с риторикой Сталина, что политика ассимиляции наций, их слияния была «античеловеческой, контр-революционной и абсолютно чуждой марксизму-ленинизму.» (80)
Казахстанский опыт не был уникален. Другие части страны - юго-восточные регионы - Туркмения и Узбекистан, Кавказ, средних-волжских территории - прошли через такие же стадии.
Дешевый труд ”вербовался” из года в год из высланных, и заключенных в тюрьму ”кулаков”, националистов и ”врагов народа” для создания бесклассового общества. Принуждение, казни и принудительный труд были выдвинуты в качестве главных оправданных средств для создания нового социалистического мира. Строительство известного Беломор-Балтийского канала в 227 км длиной только за два года – это только один из примеров (строительство Суэцкого канала 160 км длиной заняло десять лет). (81). Люди для этого принудительного труда были привезены в эти арктические условия из Ташкента, Самарканда, Туркмении и Таджикистана. Сто тысяч человек - треть рабочей силы - умерла в первую же зиму. (82). В подобным же образом три железнодорожные линии были построены за три месяца в Карелии, затем на границе с Персией, и вдоль реки Волги. Каждый проект был закончен в рекордные сроки заключенными и посредством принудительного труда. И каждый раз счет смертельных случаев шел на тысячи. Отрезвляющим фактом является то, что известные индустриальные города Караганда, Магнитогорск и другие - которыми Советы хвастались как о моделями социалистических достижений - были все построены рабами.
Кроме того, правительство устанавливала ”квоты” для казней и для создания рабочей силы. Солженицын вспоминает свои встречи с прежними агентами секретной службы, заключенными в Гулаге. Они рассказали ему о существовании в 1937-38 гг. системы квот, посредством которых закодированные сообщения посылались властями, чтобы послать требуемое число заключенных. Ташкент, например, получил телеграмму: ”Пошлите двести”. Поскольку все ”потенциальные подозреваемые уже был арестованы в Ташкенте, местные власти были в недоумении - как выполнить эту квоту. Случайно они наткнулись на большую группу цыган на городской площади. Без церемоний все мужчины возраста от семнадцати до шестьдесяти лет были арестованы по «Статье 58-й», и план был таким образом выполнен. Были случаи в Осетии, где квота для массовых казней достигала 500 человек. Местный ЧеКа требовал увеличения этого числа. Были ”санкционированы” еще 230 человек. Закодированные телеграммы для арестов и казней, часто читались следующим образом: ” 240 корзин мыла, которые должны быть посланы в Краснодар. ” (83)
Тоган, близкий соратник Ленина и других Большевистских лидеров, своими глазами видел политику центра в Башкирии и других частях Средней Азии уже 1920 г. В письме, адресованном Ленину, Троцкому и Сталину он заявляет:
«Мы видим..., что вы принимаете идеи подлинно национального Русского шовинизма в качестве основы вашей политики. Все оказалось так как истинные Русские желали этого. Фрунзе ... и Куйбышев, которые возглавляют Туркестанскую Комиссию, открыто сказали, что все встречи были для проведения лицемерной политики против местных Тюркских Коммунистов, и что сотрудничество с нами было чистой отговоркой.. .. Другой член Комиссии сказал, что среди местного населения класс должен быть настроен против класса, представляя националистов в качестве врагов рабочего класса и подлежащих искоренению. Но вы должны понять, что мы хотим не давать Вам такую возможность исключить нас, чтобы сделать нас классовыми врагами пролетариата. Вам многим придется пожертвовать, но мы - не такие люди, чтобы нами жертвовали вслепую. Лидеры Коминтерна - Зиновиев и Радек - обращались с представителями восточных наций как с контр-революционными крестьянами... Вы собираетесь возродить классовую войну террористическими средствами. Но мы ясно объяснили в нашем ответе на тезис, написанный товарищем Лениным по поводу колониальных проблем, что земельный вопрос на востоке, в принципе, не вызвал никакого классового различия... Поскольку на востоке - это Европейские Русские, и капиталисты и рабочие - которые является верхним классом, в то время как кореннные народы ..., - богатые или бедные, - их рабы... . Вы будете продолжать искать классовых врагов рабочих и искоренять их до тех пор пока все образованные люди среди коренного населения ... не будут уничтожены ..» ( 84)
Тоган разоблачил лицемерие самовосхваляющей риторики правительства и его репрессивной политики. Чтобы избежать заключения он нелегально покинул страну и продолжил свою политическую работу в изгнании. Другие Большевистские лидеры не были настолько удачливы.
4 мая 1923 г., один из главных противников большой политики власти Сталина по делам национальностей, Мирсаид H. Султан-Галиев, председатель Татарского Совнаркома, был арестован. Открытие доступа к новому государственному архиву помогло ученым прояснить картину тех событий. Этот арест произошел девятью днями позже после откровенных заявлений Султан-Галиева относительно центробежных тенденций на Двенадцатом съезде партии. Он был обвинен в заговоре наряду с A. Адигамовым - народным комиссаром образования Башкирии. Сталин оправдывал арест заявляя что была необходимость бороться с Башкирским национализмом и с его контрреволюционными связями. Арест Султана-Галиева был первым случаем такого рода по отношению к ведущему функционеру партии. До этого ареста были репрессии политических лидеров во время гражданской войны, включая полное руководство Дагестана. (85). Султан-Галиев, с другой стороны, был Большевиком, посвященным лицом. Его арест был первым из всех последующих политических арестов на ”националистической” основе. Троцки заявил, что это усугубило обвинение, посредством чего обвиняемый был в конечном счете вынужден признать сврю ”вину”, что дало Сталину первый вкус крови. 86. В 1933 г. Гарей Сагиддулин из Татарии, был арестован и впоследствии расстрелян, за ним последовал в 1937 г. Бари Абдуллин, второй секретарь райкома. Машина для таких дел была раскручена во времени Ленина. После смерти Ленина в 1924 г. началось второй разгром ”националистов” - сначала на родине Сталина. Фактически весь аппарат партии был стерт сначала на Кавказе, а затем в остальной части страны.
Систематическое насилие неизбежно ведет к национальному пробуждению, которое подвергает опасности власть государства. Выживание этого государства зависит от уничтожения инакомыслия, мнимого или нет. В 1936 г., как только пункты новой конституции о свободе и равенстве всех граждан и наций оформились, так же и списки тысяч невиновных, которые будут вскоре арестованы, осуждены и казнены. На сей раз это был черед интеллигенции: только в 1937 г. двадцать семь Азербаиджанских писателей - половина из числа писательской организации - стала жертвами репрессий. (87). Камерлан Биязарти перечисляет имена старейшин Осетинской литературы, все из которых были истреблены, (88), в то время как А.Гусейнаев пересказывает горестные свидетельства нескольких Дагестанских писателей. (89). По оценкам, две тысячи писателей было уничтожено в Советском Союзе.
В фильме «Покаяние» Грузинского режиссера Абуладзе есть сцена, в которой грузовик нагруженный людьми был привезен для осмотра диктатору. Он заказал арест по стране всех кто имел особую фамилию. Они были казнены. Это не было художественным вымыслом режиссера. Писатель Чабуа Амереджеби подтверждал, что проводились систематические кампании по истреблению многих старых Грузинских семейств таким вот образом. Сам писатель принадлежит к одному из таких семейств. Все кроме троих человек с фамилией Амиреджеби были уничтожены. Во время встречи со мной писатель рассказал:
«В одной только Грузии было расстреляно 260,000 человек. Это 11.5 процентов от всего Грузинского населения. Между 1921 и 1935 гг. шесть про-ректоров Тбилисского университета было расстреляно. Шесть! Один за другим. Такого никогда не случалась в мировой истории даже при диктаторских режимах!»
После двух десятилетий беспощадного террора в Чечено-Ингушетии, Хассан Исраилов, писатель и коммунист, присоединился к мятежной стороне. В письме от 1940 г. в райком партии он заявляет:
«Уже в течение двадцати лет Советские власти борются с моим народом, натравливая их друг на друга: сначала кулаки, затем муллы и "бандиты", затем буржуазные националисты. Я уверен теперь, что настоящая цель этой войны - уничтожение нашей нации в целом. Именно поэтому я решил принять руководство моим народом в их борьбе за освобождение ... Только я понимаю слишком хорошо, что для Чечено-Ингушетии – а в действительности, для всего Кавказа – будет очень трудно избавиться от ига Красного империализма. Но страстная вера в справедливость и надежда, что свободолюбтые народы Кавказа и мира придут к нам на помощь, вдохновляют меня в этом предприятии, которое Вы можете рассматривать безрассудным и бессмысленным, но в которое я верю, является единственно возможной дорогой. Храбрые Финны доказывают, что эта большая империя основанная на рабстве, лишена силы, когда сталкивается с маленькой, любящей свободу нацией. Кавказ будет второй Финляндией, и за нами последуют другие угнетенные нации.» (90)
Исраилов присоединился к партизанскому движению за освобождение в 1940 г. наряду с несколькими другими. Скоро оноо охватило большие части территории Кавказа. Исраилов не прожил достаточно долго, чтобы явиться свидетелем следующей волны репрессий, которая охватила его родину в 1944 г.
Возможно наиболее варварские действия Советского государства связаны с депортацией многочисленных наций Советского Союза. Его величина и масштабы сопоставимы с истреблением 40 миллионов африканских рабов, убитых на пути к Америке, убийство шести миллионов евреев армиями Гитлера и геноцидом черкесов царской армией.
Депортации, осуществленные сразу после революции, не были ограничены Казахстаном. В Север-Кавказских областях, в которых, как в царские времена, поднимается жесткое сопротивление, на сей раз против Красной Армии, были предприняты меры, чтобы подчинить население. Между 1924-28 гг. почти 10,000 людей были насильственно выселены из горной местности в равнины Дагестана. Кроме того, депортации в Дагестане продолжилась как систематический и продолжающийся процесс с 1920-ых гг. до 1980-ых. ” Уже в 1932 г., Каганович помог провести наиболее безжалостный террор на Северном Кавказе, в результате которого жители 16 больших казачьих деревень были высланы на Север и Восток. ” (91)
Но все это было лишь еще только верхушка айсберга. Если в более ранние времена человек мог бы быть обвинен в «национализме» или в «национальной ограниченности», то начиная с 1930-ых гг., полные нации были заклеймлены как предатели.
«Русским была привита идея, что сам факт принадлежности к специфической национальности был ошибкой того или иного человека. Позже это закончилось распространением вины на целые нации: Калмыков, Крымских Татар, народы Центральной Азии» (92)
Хотя это - общепринятая истина сегодня, что целые нации были высланы с их родины в 1940-ых гг., только недавно появились фактические официальные данные и директивы по юго-восточным территориям. По оценками Роя Медведева, пять миллионов человек были высланы в регионы Средней Азии. Согласно М.К. Козыбаеву их число был приблизительно 4.5 миллионов. (93) Всего - пятидесят восемь национальностей были высланы в течние двух десятилетий после 1930 г. (94). Различные обвинения - от восстаний, нацеленных на ”свержение правительства” на Северном Кавказе и Крыму до помощи Немецким агрессорам. Это был геноцид такого же масштаба как и гитлеровский геноцид. Арестовывали и высылали не отдельных ”предателей”. Целые семейства, деревни и поселки были окружены, согнаны подобно скоту в товарные поезда и высланы в далекие заброшенные области, там разбиты в группы и рассеяны. Сегодня мы знаем, что так были высланы 188,000 Крымских Татар, половина из них это были дети возраста до шестнадцати лет, 35 процентов были женщины и 15 процентов - мужчины. (95). Большинство умерло в дороге. Другие, неспособный переносить трудности враждебного и незнакомого ландшафта, умерли после прибытия. Цифры человеческих потерь следующие: 22 процента от высланных Чеченцев, 9 процентов от Ингушей, приблизительно 15 процентов от Калмыков, Карачаевцы - 30 процентов, и Балкарцы - 26.5 процентов. (96). В письме Сталину и Молотову, недавно впервые опубликованном, Л.Берия перечисляет успехи в выполнении программы депортаций:
2 января 1944 г.
«В соответствии с Декретом Президиума Верховного Совета и Решения Совета Народных Комиссаров от 28 декабря 1943 г., Народный Коммиссариат для Внутренних Дел [НКВД], успешно выполнил действие по высылке людей Калмыцкой национальности из восточных областей. Чтобы гарантировать, что действие было осуществлено и для предотвращения случаев сопротивления и побега, НКВД предпринял своевременные оперативные и военные меры, организовывал охрану населенных окрестностей, окружил высланных и сопровождал их к месту погрузки на специальные поезда. В начале действия 750 Калмыков было арестовано. Они состояли из банд, соучастников банд, активных сообщников Немецких оккупантов и других активных элементов. Всего, 46 специальных поездов были загружены, включая 26,359 семейств или 93,139 высланных, которые были высланы к местам поселения на Алтае и Красноярском Крае, Омской и Новосибирской областях. Л.Берия.» 97
В 1944 г. НКВД был поставлена задача высылки ”40 тысяч спецпереселенцев из Кабардино-Балкарской АССР в Казахскую и Киргизскую ССР. Из них 25,000 - в Казахстану и 15,000 - в Киргизию.” ( 98). Это было в марте. В май Сталин издал приказ относительно ”высылки всех Крымских Татар с территории Крыма.” Они должны были быть ” постоянно поселены ... в областях Узбекской ССР. ” (99). За два дня после приказа 191,044 Крымских Татар были вынуждены оставить свою многовековую родину (100). Спустя два месяца Сталиным подписал приказ касающийся южных пограничных районов Грузии:
«16,700 домашних хозяйств с населением 86,000 человек включавшее Турков, Курдов и Хемшинов... 40 тысяч в Казахскую ССР, 30 тысяч - к Узбекскую ССР, 16 тысяч человек - к Киргизскую ССР.» 101
Берия сообщил относительно успехов окружения 94,741 Чеченцев и Ингушей для высылки. (102). Высланные тщательно подбирались, разбивались на мелкие группы и рассеивались в различных республиках - старая тактика, нацеленная на сдерживание появления организованного сопротивления. Одной из таких национальностей были Месхеты...
Продолжение следует
Kalpana Sahni “Crucifying the Orient – Russian Orientalism and the Colonization of Caucasus and Central Asia” - White Orchard Press, Bangkok, Thailand; The Institute for Comparative Research in Human Culture, Oslo, first published 1997
|
